«Я никогда хорошо не зарабатывала!» Шокирующие откровения моделей об изнанке их гламурной профессии, собственной внешности и фотошопе.

143

В течение многих десятилетий профессиональные модели молчали о своих проблемах и мы видели только красивую, гламурную сторону их жизни. Путешествия, показы мод, съемки для журналов. Мы все мечтали о такой жизни! Все изменилось с появлением соцсетей. Если раньше эти женщины были просто манекенами для одежды, то теперь они все чаще говорят о трудностях профессии.

The New York Times расспросил девушек, работающих в модельном бизнесе, об их негативном и позитивном опыте в этой сфере:

Стелла Дюваль, 20 лет, Лагуна-Бич, Калифорния

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Моя мама работала моделью, но она никогда не заставляла меня работать в этой области. Просто однажды она взяла меня на свой кастинг в Лос-Анджелес. Агентам я понравилась, но они заставляли меня сидеть жесткой диете, разрешая мне 700 калорий в день. Они говорили примерно следующее: “Ты красивая, но немного толстая в бедрах. Это надо исправить”. Мне было всего 14 и я не очень хотела худеть, поэтому бросила моделлинг и пошла учиться в колледж.

Позже я подписала контракт с агентством Muse (мне было 19 лет), так что это первый год, когда я работаю моделью. Мне кажется, что 13-15 лет — это слишком ранний возраст для такой работы. Ты просто не готов. Я встречаю моделей, которые начали работать в таком возрасте. Часто они говорят о том, что не ели в течение двух дней ради работы. Иногда их снимают в рекламе белья. Это неправильно.

Келли Миттендорф, 23, Феникс

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Я никогда хорошо не зарабатывала, будучи моделью. Даже в долги перед агентством влезла. Как так получилось? Модельное агентство тратит на девушек определенные деньги: фотографии, перелеты, новая одежда, ретушь фото, печать фото, оплата квартиры. Ты должен возмещать эти расходы из своих заработков. А если их нет, то долг копится. У меня была пятизначная задолженность,и, чтобы выбраться из этой кабалы, потребовались годы.

Я ушла из индустрии два года назад. Мне надоели люди, которые постоянно прикасаются ко мне. Мне хотелось больше контроля над своей собственной жизнью. Сейчас я хочу завести собаку, получить ученую степень. Больше не хочу постоянно чего-то ждать и переживать из-за кастингов.

 

Рене Петерс, 28, Нэшвилл

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Я решила, что хочу работать моделью, когда мне было 14 лет. Родители тогда сказали мне: “Нет, ты слишком молода. Моделирование — не для тебя. Оставайся-ка пока в школе”. Все среднюю школу я мечтала об этой работе. В 21 год моя мечта сбылась — я стала профессиональной моделью и переехала в Нью-Йорк.

Девушки на кастингах все были очень-очень худыми. Я хотела добиться успеха, поэтому тоже постоянно худела. У меня развилась анорексия и булимия. Это продолжалось 5-6 лет, пока пару лет назад я окончательно не поняла, что у меня серьезные проблемы с питанием.

Что касается проблем индустрии. Во-первых, агентства часто заставляют своих подопечных худеть. Это серьезная проблема. Во-вторых, тебя не воспринимают как человека, а просто как средство для показа одежды, макияжа или прически. Ты — манекен.

Джиллиан Меркадо, 30, Нью-Йорк

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Чаще всего я работала по другую сторону камеры, работала фотографом. Потом мне предложили попозировать для рекламной кампании Diesel и так началась моя модельная карьера. Сейчас я в этой сфере уже 4 год.

Я была единственным инвалидом из 300 студентов в моей школе. В моделлинге я тоже одиночка. Все это отразилось на мне, как на личности. И не прошло бесследно. В СМИ обидно мало визуальных образов, связанных с инвалидностью, и это действительно меня беспокоит. Наверное, поэтому я и взяла на себя эту роль, чтобы начать наконец-то разговор о разнообразии красоты.

Люди с жалостью смотрят на меня: и в метро, и на фотосессиях. Та же мимика. Это реально задалбывает. Я хочу, чтобы ко мне относились как к обычному человеку.

Шивани Персад, 27, Сан-Хуан, Тринидад и Тобаго

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Мои родители никогда не воспринимали мою работу всерьез, но я все равно решила попробовать. У меня нестандартная внешность. На кастингах редко встретишь такую же модель, как я. Обычно на кастинге 20 белых европеек и я.

Фотографы часто говорят мне: “Ты такая красивая, потому что твоя кожа темная, но при этом черты лица европейские”. Серьезно? Я привлекательная только из-за европейских черт? Другие же говорят, что мне повезло, что моя кожа красивого смуглого оттенка.

Что касается веса, то это постоянная борьба. Очень сложно выдерживать этот постоянный прессинг. У меня даже были случаи, когда агентство попросило удалить фото из инстаграма, так как я там выглядела “толстой”.

Юлия Гайер, 32, Мидлтаун, Нью-Джерси

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Все это разрушает тебя. Мы навязываем женщинам образ, которому очень сложно соответствовать. Знали бы вы, сколько времени мы тратим, пытаясь выглядеть хорошо. Играя на женской неуверенности, мы продаем продукты, которые им не нужны.

Последние пять лет я то и дело совершенствую свою фигуру, кожу, волосы. На съемках у нас команда визажистов, стилистов, парикмахеров. Все это снимает профессиональный фотограф, который убирает любые несовершенства. Поэтому конечный результат — это самые нереалистичные фото, которые вы можете себе представить.

Палома Эльсессер, 25, Лос-Анджелес

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Мне было около 22, когда я начала работать моделью. Я видела фотографии других плюс-сайз моделей, поэтому решила тоже попробовать. Работа плюс-сайз модели не самая простая, так как на тебя постоянно нападают в социальных сетях, ведь ты не соответствуешь их стандартам.

Очень трудно не попасть в ловушку неуверенности, когда ты модель. Целая команда работает над тобой каждый день. Тяжело смотреть на себя со стороны. Часто чувствуешь себя некрасивой и недостойной.  Мне каждый день приходится напоминать себе, что это просто работа.